Главный редактор «Нового мира» Андрей Василевский рассказал, что он предпочитает публиковать

Журнал «Новый мир» для многих, читающих и почитающих книги является культовым. Поэтому возможность встретиться и пообщаться с главным редактором этого толстого литературного издания в Новгородской областной универсальной научной библиотеке нам показалась неправдоподобно легкой и заманчивой. Тем не менее благодаря Форуму молодых писателей, благодаря помощи руководства библиотеки, знакомство с Андреем Василевским — поэтом, блогером и главным редактором «Нового мира» таким и оказалось - легким. И хотя разговор в зимнем саду на втором этаже здания, в котором в свое время трудился в ссылке будущий издатель «Колокола» Герцен, был непринужденным, коснулся он сложных, а подчас и тяжелых тем.

— Расскажите, пожалуйста, что сейчас проходит в Новгородской областной библиотеке? Что это за мероприятие?

— Начнем издалека. С начала этого века, с начала нулевых годов, в России ежегодно проводится Форум молодых писателей. Он когда-то назывался Форум молодых писателей России, потом Форум молодых писателей России и СНГ, а теперь называется Форум молодых писателей России, стран СНГ и зарубежья, так как круг привлекаемых молодых писателей постоянно расширяется. Основал, придумал и организует до сих пор этот форум московский «Фонд социально-экономических и интеллектуальных программ», который возглавляет Сергей Александрович Филатов. Он был известным политиком 1990-х, работал в администрации Ельцина. Его активная политическая работа на государственной службе давно закончилась и он, основав фонд, занимается, в основном, работой с молодыми писателями.

Долгое время Форум молодых писателей был разовым ежегодным мероприятием. Раз в год на неделю в Подмосковье съезжалось примерно полторы сотни молодых литераторов, работающих в разных жанрах. Это и проза, и драматургия, и критика, и стихи, а также детская литература, переводы. Там неделю шла интенсивная работа, в основном семинары, мастер-классы. Были созданы небольшие группы молодых писателей, с которыми работало несколько десятков более опытных старших литераторов, представляющих наиболее известные литературные журналы России. То есть, так сложилось, что проведение этих форумов опиралось не на сотрудничество с многочисленными союзами писателей, а на работу этого фонда с литературными журналами.

Кроме того, туда приезжали писатели, политики, экономисты, ученые, которые читали лекции и проводили встречи с участниками. Но постепенно работа форума разрасталась, и в последние годы ежегодному проведению всероссийского форума предшествует региональный уровень. По федеральным округам проводятся школы молодого писателя. Конечно, по масштабу они скромнее, так как в них участвует не полторы сотни молодых литераторов, а примерно человек двадцать. Каждый год округа распределяются между литературными журналами. В прошлом году мы работали по Центральному округу в Подмосковье, а в этом году у нас Северо-Западный округ и мы приехали в Великий Новгород.

Vasilevsky AV3

— Как вас встретила Новгородская область?

— Прекрасно, поскольку проведение таких региональных школ возможно только в сотрудничестве с местными областными администрациями, учреждениями культуры, что, собственно, и происходит. Все отлично организовано. У нас двадцать молодых участников, два семинара – прозы и поэзии. Заниматься с ними приехали четыре человека, представляющих, в основном, журнал «Новый мир». Это я — главный редактор Андрей Василевский, а также редактор отдела прозы Ольга Новикова, заведующий отделом поэзии Павел Крючков и наш друг — поэт Алексей Алехин. Он последние два десятилетия издавал журнал поэзии «Арион».

— Что вы можете сказать о молодых новгородцах?

— На самом деле, к нам приехали люди из разных мест. Я могу судить только по их прозе, но это довольно интересные люди. Очень хорошо, что не совсем юные, а фактически взрослые люди с профессиями, образованием, работающие по разным специальностям, с большим жизненным опытом и с очень большой мотивацией писать и участвовать в такого рода семинарских занятиях.

— Я периодически вижу в прессе публикации о вашем журнале «Новый мир» и читаю, что журнал, конечно, очень авторитетный и с большой историей, но дальше там перечисляются различные «но». Даже то, что авторы измельчали или писать разучились. Как вы сами сейчас оцениваете свой журнал? Это период стагнации, рассвета или, может быть, просто нормальной работы?

— Я бы сказал, что это период нормальный работы. Дело в том, что все журналы, которые мы называем толстыми литературными журналами — «Знамя», «Дружба народов», «Иностранная литература» — находятся в довольно сложном положении. С одной стороны, у них очень трудное финансовое положение. Оно связано с тем, что эти журналы всегда опирались на институт подписок и даже индивидуальных подписок. Но мы понимаем, что исторически индивидуальная подписка ушла в прошлое. Теперь мало кто достает из кармана деньги и платит за то, чтобы в его почтовый ящик приносили газету или журнал.

Вторая проблема связана с библиотечной подпиской. В России десятки тысяч библиотек. И, казалось бы, если бы каждая пятая или десятая выписывали тот или иной литературный журнал, то у изданий не должно было бы быть финансовых проблем. Но этого не происходит, потому что сами библиотеки испытывают трудности с финансированием, в частности, с закупкой новых книг, журналов и газет. Ведь функционирование большинства библиотек опирается на финансирование не на федеральном, а на региональном или даже городском уровнях. Поэтому практически все журналы такого формата сейчас являются убыточными.

— Но как же тогда вы живете?

— До какой-то степени существование журналов поддерживается грантами «Роспечати». Но это не просто деньги, которые даются журналу, чтобы он существовал. Каждый год журналом составляется заявка о том, что часть публикаций будущего года будет представлять некий тематический проект.

Проблема в том, что эти средства не покрывают всех нужд журнала. Поэтому в этом смысле перспективы таких журналов довольно туманны. С другой стороны, я считаю, что по своим культурным функциям журналы себя исторически не исчерпали. Для нашей литературы и культуры необходимо существование десяти или пятнадцати литературных журналов такого привычного формата. В первую очередь, это нужно потому, что сегодня на нашем книжном рынке товаром является только один жанр — роман или что-то вроде биографии. Между тем, литература не может состоять только из романов или толстых книг, так как существуют рассказы или небольшие повести, которые невозможно издать. Жанровое разнообразие в современной литературе отчасти поддерживается существованием литературной периодики.

— Неужели жанр рассказа настолько коммерчески неуспешен?

— Издатели и читатели крайне не любят такой тип книги, как сборник рассказов. Если у нас есть некий набор авторов, условно говоря, Веллер, Улицкая, Пелевин, Прилепин, которые превратились в некие бренды, то издатель готов издать любое их произведение в любом виде. Но если речь идет о повседневной практике, то издатели с крайним неудовольствием относятся к сборнику рассказов, потому что продать его намного труднее, чем роман.

— Я зашел на вашу страницу в «Живом журнале» и там она в последнее время практически вся состоит из объявлений: «Открыт свободный доступ». Зачем вы сами себя так подрываете?

— Нет, мы не подрываем. Понятно, что все электронные журналы имеют свои электронные версии, но взять деньги на чтение в сети очень сложно. Мы на сайте продаем всем желающим тексты в различных форматах. Но взять деньги за чтение какого-то отдельного текста на сайте почти невозможно. Это бесплатное чтение, которое никак положение журнала не улучшает. С одной стороны, мы, конечно, заинтересованы в расширении круга читателей, а, с другой, заинтересованы в том, чтобы у нас покупали контент, а не просто читали его бесплатно.

Кроме того, поскольку журнал предлагает своим читателям и подписчикам не отдельные произведения, а номер как целое, то мы, принимая к печати тот или иной рассказ, статью, подборку стихов, никак не взвешиваем их с точки зрения их коммерческой привлекательности. В связи с этим, журналы имеют возможность работать с теми произведениями, с которыми издатель не станет работать с большим энтузиазмом. Журналы вполне находят свое место в литературной периодике.

— А как вы понимаете, что именно это произведение коммерчески не сулит никаких дополнительных дивидендов, но его можно опубликовать?

— Никакой универсальной формы у нас нет и, я думаю, что ее и быть не может. Это решается каждый раз индивидуально при соприкосновении с произведением. Можно сказать, что «Новый мир» не ставит перед собой сверхзадачи работать с молодыми писателями. Это не является нашей целью. Мы предпочитаем работу с писателями, обладающими хоть какой-нибудь уже наработанной литературной репутацией — книгами, премиями. Когда журнал существует множество десятилетий и непрерывно выходит, то нарастает круг постоянных авторов, приносящих нам каждое свое новое произведение. Без этого толстый и ежемесячный журнал издавать невозможно.

— Как вносится редакторская правка в произведения, которые публикуются в вашем журнале? С чем это связано, и в каком объёме ее приходится вносить?

— Это по-разному. Понятно, что если речь идет о поэзии, то там о редактуре речи не идет: либо мы печатаем, либо нет. Если мы говорим о прозе, критике, публицистике, то там есть момент редактуры, иногда технической. Но, разумеется, что любые поправки и изменения могут производиться только с согласия самого автора, а в идеале самим автором, которому мы объясняем, что от него хотим. С прозой еще очень часто бывает так: мы просим автора создать некий сокращенный или более сжатый, если это возможно, вариант.

— Отслеживается ли вами как-нибудь элемент новаторства или новых трендов в языке?

— Современная литература невероятно разнообразна. И мы, по возможности, пытаемся представлять нашему читателю то, что на самом деле происходит в ней, и какой разной она бывает. Другое дело, что мы не всеядны и какие-то радикальные эксперименты или инновации любого рода пытаемся избегать. То есть мы стараемся все-таки по возможности представлять мейнстрим или, так называемое, «основное течение» в современной прозе и поэзии. Но, с другой стороны, это «основное течение» достаточно широко по своим стилистическим вариантам.

— Как вы относитесь к литературным конкурсам?

— Премии, конкурсы совершенно необходимы. Дело в том, что в современном мире существует два способа награждения литератора. Один можно назвать «рыночным». Это гонорар за издание романа, и, чем лучше книга будет продаваться, тем больше денег должен будет получить автор.

Вторая форма — «не рыночная». Это премии или конкурсы, когда человек получает награду с существенным денежным содержанием за книгу, и совершенно не обязательно, успешно она продается или нет.

Я думаю, что жюри на таких конкурсах, выдавая подобные премии, не задумывается о вопросе коммерческой составляющей. Зачастую победитель, если это крупная премия, может получить денежное вознаграждение больше, чем от гонораров с продаж книги. Но существует и множество премий, не имеющих денежного содержания или имеющих, но символическое. И они тоже нужны, потому что писателю важно, чтобы его отмечали. Сейчас очень много кто пишет, поэтому для каждого важно, чтобы его выделили из ряда других, отметили и наградили. Это большой моральный стимул для писателя, важный для его дальнейшей работы.

— Представим, что вы прямо сейчас формируете номер, и хотите видеть в нем определенных авторов. Кто это будет?

— Если мы говорим о поэзии, то, конечно, всегда хотелось бы видеть некоторых представителей старшего поколения. Это Олег Чухонцев, Александр Кушнер, Юрий Куклановский. А вот если посмотреть на состав нашего прозаического отдела, то, с одной стороны, мы не увидим там тех, кто сегодня коммерчески успешен. Но есть круг авторов, которые у нас регулярно печатаются, например, Олег Хафизов, Игорь Вишневецкий, Алексей Музычкин, Михаил Тяжев. Существует целый круг прозаиков рассказчиков или романистов, которых мы пытаемся регулярно печатать, потому что, на наш взгляд, это хорошая и интересная проза.

— Если можно, сделайте прогноз. Что будет дальше с литературой через год, через пять лет? Будет ли она развиваться, или будет все-то же самое?

— Я не пессимистично смотрю на литературу. Вот вы сказали, что люди жалуются, что она измельчала. Но эти жалобы мы слышим столько лет, десятилетий и веков, сколько и существует русская литература. В начале XIX века мы слышали то же самое. Весь XIX и XX век — то, что раньше было лучше, а сейчас литературы нет, и всё не то.

Это вполне нормальное отношение современников к писателям и их произведениям. Потом проходит немного времени, и из разнообразной текущей литературы что-то выделяется, и следующие поколения начинают особо отмечать это как особое историческое литературное наследие, которое не ценили современники.

Фото: кадр телесюжета НТ.