Главврач новгородской ДОКБ дал большое интервью по конфликту между лор-врачами и администрацией медучреждения

По заверению Арсена Амирбекова, ситуация с плановыми и экстренными больными лор-отделения под контролем.

Оригинал материала в газете «Новгородские ведомости»«Новгородские ведомости»


Стационарный подход,

или Как «схема деятельности» привела к конфликту между лор-врачами и администрацией Областной детской больницы

Социальные сети гудят уже больше месяца. Причиной стали публикации докторов оториноларингологического отделения о том, как несправедливо, по их мнению, с ними обошлось руководство больницы. Из-за чего четверо из пяти врачей, не согласившись с предложенными условиями, уволились. Почти каждый день региональные СМИ дают комментарии уполномоченных лиц по сложившейся ситуации. Но полной ясности происходящего до сих пор нет.

За ответами «НВ» обратились к Арсену Амирбекову, главному врачу Областной детской клинической больницы.

— Арсен Арсланбекович, конфликт вышел за пределы больницы в конце мая. Но разгораться он начал еще в прошлом году. Что произошло?

— Год назад я приступил к обязанностям руководителя больницы. И первые месяцы вникал в суть дела. Осенью, когда стал детально знакомиться с тем, как построена работа в отделениях, увидел нарушения в деятельности лор-отделения.

Несколько лет назад было принято решение перевести некоторые ставки дежурантов приемного покоя в стационар. Сделано это было для пользы медиков — докторам, работающим в отделениях и выходящим по совместительству в приемный покой по графику, стаж засчитывается год за полтора. При этом вид дежурства может быть разный: либо сутки через трое, либо, когда доктор не находится 24 часа в клинике, его при необходимости вызывают по телефону. Оплачиваются такие дежурства по-разному: в первом случае — 100 процентов от оклада, во втором — 50 процентов. Так вот, отоларингологи выезжали на вызовы по звонку, при этом во всех документах указывалось суточное дежурство.

— То есть отделение работало с нарушением законодательства?

— Да. На это я и указал в середине ноября прошлого года заведующему лор-отделением. И потребовал изменить подход. Он парировал, мол, с прежним руководством больницы был уговор именно о такой схеме деятельности. И что менять ее он не намерен. В этот же день все пять лоров написали заявление о том, что не будут больше по совместительству трудиться в приемном покое. И перестали дежурить.

Сложилось непростое положение дел: де-юре — специалисты имеются, де-факто — некому стало оказывать помощь детям, поступающим по скорой. Да, экстренных случаев, когда требуется помощь лора, в месяц всего пять-шесть. Но они ведь есть! И был случай, когда доставили ребенка с инородным телом в горле, а заведующий отоларингологией отказался приехать. Пришлось просить специалиста из другого лечебного учреждения. Нашему сотруднику было вынесено дисциплинарное взыскание.

— По сути, доктора отделения бойкотировали работу в приемном покое. А за неоказание экстренной помощи врача, если не ошибаюсь, можно и уволить. Но вы не стали принимать жесткие меры. Почему?

— В нашем регионе есть нехватка лор-врачей. Все пять наших докторов — опытные специалисты, в квалификации которых не приходится сомневаться. Терять никого из них не хотелось. Поэтому пытались урегулировать ситуацию. Однако противостояние затягивалось, а вопрос с дежуранством не решался. В мае текущего года больница, следуя приказу министерства здравоохранения Новгородской области, издает свой приказ о введении в лор-отделении круглосуточного дежурства врачей. Доктора, как того требует закон, были заранее уведомлены об изменении условий труда. Четверо из пяти специалистов не согласились на предложенный вариант, и были в конце июня уволены по согласованию сторон.

— Кто сейчас трудится в стационарном отделении на 25 коек? И кто оказывает помощь в приемном покое?

— Спасибо коллегам из других медицинских учреждений Великого Новгорода — они взяли на себя дежурство на экстренных случаях и прием в консультативной поликлинике при больнице. Один доктор продолжает трудиться в отделении — ведет плановых больных и оперирует. Приняли мы на работу молодого врача, прошедшего по отоларингологии ординатуру, работавшего прежде в клиническом госпитале ветеранов войн. Он сейчас набирается опыта — и поликлинического, и хирургического. Планируем в скором времени отправить его в Санкт-Петербург для рабочей стажировки по профилю.

— Представители регионального минздрава озвучивали информацию о том, что по нормативам на 25 пациентов стационарного отделения достаточно всего двух лор-врачей. То есть брать в штат новых сотрудников вместо ушедших не планируете?

— Планируем, поскольку речь идет о работе докторов не только в поликлиническом режиме, то есть с 8 и до 14.30—15.00, но и о дежурствах в вечернее, ночное время. Еще один врач нужен точно, в идеале — два. Сейчас ведем собеседования с выпускниками медвузов Санкт-Петербурга, которым есть возможность предоставить служебное жилье, а в будущем они смогут получить 500 тысяч рублей безвозмездной субсидии из областной казны и взять ипотеку на льготных условиях.

— Некоторые врачи, работавшие в отделении прежде, сейчас в социальных сетях и на встречах с представителями минздрава сообщают, что при невысоких зарплатах нагрузка у них была большая: пациенты в стационаре, плановые операции, выезды в районы. И что именно по этой причине они и отказались брать на себя еще и дежурство...

— Мы подсчитали по году количество хирургических вмешательств, приходящихся на одного лор-врача: одно, максимум два в день. Сразу оговорюсь: операции данного профиля, за редким исключением, не очень сложные и не слишком продолжительные по времени, и нормой считается от трех до пяти операций. Так что, как видите, не приходится говорить о высокой хирургической нагрузке отделения. Что касается участия в работе мобильной бригады клиники, то да, лоры выезжают в районы, но опять-таки по сменному графику. И эта работа, как и прием пациентов в консультативной поликлинике, оплачивается дополнительно.

Теперь по поводу заработной платы: месяц на месяц, конечно, не приходится. Но в среднем доктора отделения получали от 40 тысяч рублей.

К тому же некоторые из них имеют частную практику, им было удобно в больнице находиться только до середины дня, а потом вести платные приемы.

Безусловно, в этом нет ничего плохого. Однако, как выясняется, и сейчас по этому поводу проводится проверка, доктора умудрялись оказывать платные услуги и в свое основное рабочее время в отделении.

— А почему при небольшой, как вы утверждаете, хирургической нагрузке лор-отделения возникла полугодовая очередь на плановые операции?

— Очередь — это давняя история. Признаюсь, мне тоже непонятно, почему она возникла. Да, с удалением аденоидов, а речь в большинстве случаев идет именно о таких операциях, можно и повременить. Но все равно необходимо придерживаться требований, согласно которым плановая операция должна быть проведена в течение месяца, максимум двух, но никак не полугода.

Мы сейчас предпринимаем максимум усилий, не исключаем и помощь клиник Северной столицы, чтобы как можно быстрее прооперировать детей.

Однако тут возникает еще один вопрос. В нашем организме лишних органов нет, и аденоиды тоже необходимы — если можно обойтись без их удаления, значит, следует обойтись.

Чтобы не навредить детям, больница прибегнет к помощи независимых экспертов — лор-врачей из Санкт-Петербурга: они приедут к нам на несколько дней, в которые мы пригласим на прием всех стоящих в очереди пациентов.

Фото: Фархад Юсупов.