Мы ВКонтакте

«53 дня до Победы»: о жертвах и предателях

Екатерина Дубова
11.04.2015, 19:13

В преддверии 70-летия Победы в Великой Отечественной войне сетевое издание «53 новости» запускает новый спецпроект «53 дня до Победы», в рамках которого мы будем рассказывать нашим читателям о страничках военной истории, связанных с Новгородской областью. Вниманию читателей предстанут воспоминания ветеранов, архивные записи, рассказы историков и поисковиков о военном времени.

Ведущий научный сотрудник Санкт-Петербургского института истории РАН, профессор Новгородского государственного университета имени Ярослава Мудрого Борис Ковалев – один из немногих российских профессиональных историков, занимающихся документальным  исследованием «коллаборационизма» в период немецкой оккупации. Он рассказал «53 новостям» о жертвах и предателях, о многогранности коллаборационизма в воюющей России и противоречивых реалиях войны.

Профессор Ковалев является автором книг «Нацистский оккупационный режим и коллаборационизм в России (1941-1944 гг.)», «Нацистская оккупация и коллаборационизм в России», «Коллаборационизм в России в 1941-1945 гг.: типы и формы».

- Борис Николаевич, для начала поясните, что же представлял собой коллаборационизм на войне?

- Итак, термин «коллаборационизм» от французского collaboration «сотрудничество» - появился в нашей исторической науке очень поздно – в конце 20 века. До этого таким термином обозначали сотрудничество  с гитлеровцами исключительно в странах Западной  Европы, в частности во Франции, Норвегии.

Хотя словарь иностранных слов трактует «коллаборационизм» следующим образом: сотрудничество граждан оккупированных стран Европы с нацистскими оккупантами во время Второй мировой войны. Таким образом, вполне нейтральное, я бы даже сказал нейтрально-положительное слово «сотрудничество» имеет, во-первых, негативную коннотацию, во-вторых, временную и географическую привязку.

Следовательно, под этот термин попадает и Восточная Европа, и наша страна в том числе. В России предпочитали пользоваться другими терминами – в годы войны это был «изменник», «предатель», а иногда даже употреблялось слово «злодей».

Но насколько вопрос сотрудничества наших граждан может считаться «предательством»? Всегда ли коллаборационизм был изменой? Отталкиваясь от реалий советского законодательства, до 1955 года под предателями, изменниками, коллаборационистами подразумевали всех, кто сотрудничал с немцами.

После 1955 года – только тех, кто совершал военные преступления. То есть, кто с оружием в руках убивал своих сограждан и помогал оккупантам. Скажу как историк, который стал активно использовать термин «коллаборационизм» в нашей отечественной науке: он привлекателен своей сложностью, точнее многогранностью. Слова «предатель», и тем более «злодей», семантически закончены, можно смело ставить после «точку». А при слове «сотрудничал» сразу возникают вопросы: как сотрудничал? Зачем и для чего? В чём это проявлялось?

- В чём же та сложность коллаборационизма?

- В моей книге «Коллаборационизм в России в 1941 - 1945 гг.: типы и формы» и выведены девять его типов и форм, но по большому счёту, их все можно сконцентрировать в три.

Первое – то самое «сотрудничество с оружием в руках». Преступления, которые не имеют срока давности. Таких преступников наши органы госбезопасности искали вплоть до начала 90-х годов прошлого века.

Второе: «интеллектуальные коллаборационисты». Журналисты, администраторы, которые предложили оккупантам свой талант, свой интеллект, свои возможности. Это те люди, которые попали под советскую амнистию 1955 года. Я считаю, что их мы должны, и по прошествии времени, подвергнуть некоему остракизму — морально осудить.

И, наконец, третий тип людей – те, кто выживали на оккупированной территории и были вынуждены ради получения какого-нибудь продовольствия, куска хлеба сотрудничать с немцами. И часто не только для себя, но и для своих родных и близких. На мой взгляд, эти люди заслуживают жалости, сочувствия и библейской фразы «не судите, да не судимы будете».

- Если говорить о цифрах, подключить статистику, сколько таких предателей было среди наших соотечественников?

- Сам Иосиф Сталин в 1942 году признавал, что на оккупированной фашистами территории Советского Союза оказались 80 миллионов наших граждан.

- А на новгородчине?

- Здесь наша область уникальна. Точнее, территория, которая впоследствии станет Новгородской областью. А уникальна тем, что линия фронта, как глубокий шрам, разрезала её территорию пополам.

Получается, что какие-то районы были глубоким советским тылом, например, Боровичи. А другие оказались под нацистской оккупацией с августа 1941 года вплоть до января - февраля 1944 года.

Я не хочу играть цифрами, называть десятки, сотни, может быть тысячи. Я бы не сказал, что у нас на новгородчине был высокий процент коллаборационистов. Я бы даже сказал, что в целом по стране процент коллаборационистов был низкий.

Это связано с несколькими факторами. Во-первых, нужно понимать, что нацисты рассматривали коллаборацию со стороны русского населения весьма цинично. Это была некая форма привлечения части людей на свою сторону – провокация граждан делать вещи нелицеприятные, или просто-напросто замещать самих немцев на некоторых опасных участках борьбы против Советского Союза.

Но подобные коллаборационистские отряды наиболее характерны для немецкого тыла, а там, где была высокая степень концентрации немецких войск и их союзников, в услугах местных нуждались меньше.

Далее. Нужно понимать, что наиболее ярко и многообразно коллаборационизм проявлялся в крупных городах. А из Новгорода население было отселено, поскольку это была прифронтовая полоса, Старая Русса находилась тоже в непосредственной близости от линии фронта. Получается, что у нас заметных и крупных населённых пунктов, с большой прослойкой интеллигенции, не было. Плюс, юг новгородчины - это партизанский край. Там становиться предателем было опасно, потому что партизанское движение, особенно в начале войны и в конце, в 43-м году, было представлено более чем активно, поэтому подобных людей, мягко говоря, быстро брали на учёт и ликвидировали.

Но здесь я хочу отметить следующее: какая-то часть населения, всё-таки, вынужденно по формальным признакам становилась сотрудниками пронацистских администраций. Например, старосты деревень. Но здесь мы говорим о печальной странице истории народа, о технологии выживания. Мы говорим о той ситуации, когда перед односельчанами, перед жителями той или иной деревни, просто стоял вопрос выжить.

То есть они вынуждены были иногда отдавать, например, свиней и немцам, и партизанам, для того, что бы сохранить самое главное - свою жизнь и жизнь своих близких. Также, к сожалению, мы знаем печальные истории действий карательных отрядов на нашей территории — это небезызвестный батальон «Шелонь», «прославившийся» кровавыми подвигами и страшными преступлениями.

На Северо-Западе и на новгородчине, в частности, шла весьма ожесточённая борьба. Причём повторюсь: она была тише в непосредственной линии фронта из-за высокой концентрации немецких войск, но наши леса, наши болота, располагали к тому, чтобы в них укрыться и начать борьбу с иноземными захватчиками...*Продолжение интервью в следующей публикации*

                                                                                                                                                                                                       
Просмотров: 824
Комментарии

Дорогие читатели!

Мы приветствуем ваши интересные и непредвзятые точки зрения. Однако призываем проявлять уважение и терпимость друг к другу.

Оставляйте комментарии в рамках законодательства РФ. Нецензурные выражения будут удаляться модераторами.

Читайте также